free site builder

Съеденный бог / Eaten God

2017 solo show at Street Art Museum, St. Petersburg, Russia.

Sculptural reflection on confrontation and connection between
natural and human, consumption and worship, reality and its intrepretation and reconstruction.

Персональная выставка, Музей Стрит Арта, СПб., 2017.

Dust

Пыль / Dust

See more...

Maple Key

Крылатка / Maple Key

See more... 

Beak

Клюв / Beak

See more...

Globus Cruciger

Держава / Globus Cruciger

See more...

Troll

Тролль / Troll

See more... 

Hub

Хаб / Hub

See more...

SelfEaters

Самоеды / Self Eating

See more..

Eaten God

Съеденный бог /  Eaten God

See more...


"Скульптуры Сергея Карева, в условиях нынешнего - вновь поплывшего мира,  отражают неожиданные формы этики, свежие фактуры, резонируя сферы как обыденного, так и запредельного. Эта скульптура новой формации соответствует актуальному чувству жизни, возникающему на пересечении, а точнее (в соответствии с формами этой пластики) на месте сплетения (хабов/узлов/распределительных центров) материалов, коммуникативных пучков и ассоциативных аур. Природно-физиологическое (кость, клюв, поедание), умозрительно-символическое (ритуал), техническое (орудие, механизм), этническо-магическое (талисман, тролль, бог) и прочие начала здесь равны и естественно сосуществуют в одном скульптурном «организме». Карев идет по пути, заключенному для лингвистов в самом слове ваять, которое связывают с вить (в том числе «лепить из глины») и сравнивают с древне-индийским váyati – «ткет», «плетет». То есть, он плетет формы вместе со значениями и, одновременно, заставляет их виться, после чего они кристаллизуются в статичные объекты. Одновременно эти скульптуры тленны: для автора «"поедание" также связано с ущербом, коррозией, разложением», равным образом, как важны «пересечения "поклонения" (обожествления) и "потребления" (поедания)». Значение у Карева никогда на завершено, из каждой точки оно устремляется по новым смысловым путям. Объекты скульптора, часто сочетающие органические и технические «реди-мейды», брутально осязаемы, но реальное звучание этих образов превосходит понятие 3D. Здесь можно говорить о том, что физический облик объекта дублируется «виртуальной» - смысловой скульптурой, сплетенной из узелков, складок, пересечений, резонансов и прочих семантических эффектов. Скульптор здесь, помимо знания традиционной кастовой технической алхимии общения с металлом и прочими субстанциями, еще и практикует антропологию, хай-тек дизайн, религоведение, социальную философию, шаманизм и т.д. Наиболее явственно через скульптуры Карева звучит этическая атракция нового антропологизма, столь влиятельного в современном чувствовании мира, окрашенном тревожной этикой, в которой есть риск, грань жуткого и прекрасного. Не случайно здесь возникает экзотический мотив тоеофагии — богоедства – связанного с древнейшими формами тотемизма. Конечно же, как ничто лучше подходит для этой скульптуры индустриальная руина Музея Cтрит-Арта".   

Андрей Хлобыстин